maximblog | Полет на родину фарфора, пороха и китайских тантромобилей, или Как я стал засланцем

maximblog

«У меня ведь как? Пошел в магазин, получил по морде. Иду домой, пишу ответ»

М. Жванецкий

«Послала меня жена за ёлкой. Уж как послала, так послала»

«Падал прошлогодний снег», мультфильм, реж. А. Татарский, сцен. С. Иванов

«Ты езжай, браток, в Манхеттен, там расширь сознание»

Б. Г.

Меня тут в Китай послали. Строится там новый пароход, очень свежий. С большим краном, не то 52, не то 55 метров вылет стрелы. И мне его принимать, потом перегонять, а после и работать на нем.

Перегон нового судна из Гуанчжоу, Китай, в Малонго, Ангола, в зависимости от его скорости — не меньше месяца, а то и полтора. В лучшем случае дает узлов десять, если не устанет по дороге. Да и там, в Китае, его еще принимать нужно – а это пару месяцев, как минимум.

Новый пароход – это хорошо, как думают многие. Там всё новое и ничего не ломается. Спешу всех разочаровать – ломается, еще и как. Неполадки возникают даже на судах, построенных в хороших и правильных местах – во всяких Норвегиях, Финляндиях, и прочих странах с настоящим контролем качества, несравнимых со сборкой радаров на колене в неотапливаемом гараже дядюшки Чу.

Должно пройти года два в работе парохода, и тогда все недоделки устранят, и на нем можно будет работать спокойно. Но принимать новый, пахнущий свежей краской КИТАЙСКИЙ пароход – шаг столь же серьезный, сколь и необдуманный. Сродни покупке нового китайского внедорожника. Стоял со мной рядом на стоянке такой – всего год машине, а ржа поела снизу – смотреть больно. И ездил он на ней долго, что-то около трех месяцев, да и то не каждый день. Вот и сейчас, спустя год или два, всё стоит там, как бахнутая молью норковая шуба, современный вариант чемодана без ручки.

Но вернемся к пароходам. То есть, моё начальство на меня возложило. И что мне оставалось делать? Я последовал по заданному маршруту, чтобы оправдать и не подвести.

Всё-таки тантромобили становятся лучше и лучше, что явствует из простого факта. Огромные концерны вроде «Мерседеса» или «БМВ» огромной частью своих блестящих корпусов или красивых электромеханических внутренностей производятся именно на территории Поднебесной.

Я, конечно, переживал. Как к моему приезду отнесется Коммунистическая партия Китая? Что скажут местные политруки и замполиты? Достоин ли я, чтобы въехать к ним таким небритым лицом прямо на площадь возле судоверфи?

Время показало, что достоин.

Я уже добрался из Анголы в Иоганесбург, ЮАР, где в Китай меня не захотела пускать девушка с интересным именем Пхуми Длудлу, на стойке регистрации компании Cathay Pacific, с помощью которой я должен был добраться в дальнюю даль.

У меня не было древнекитайской визы, да и лицом я наверняка не китаец... но даже если бы лицом я как-то подошел, визы все равно не было. А был паспорт, сименс- бук (по-украински звучит как посвидчення особы моряка, что обычно трактуется как «посмешище особы моряка»), и гарантийное письмо в придачу (мол, меня там встретят и гарантируют, что все затраты на мое проживание и прочее возьмут на себя). Но Пхуми было мало, и она волнительно общалась на хорошем африкаанс (один из государственных языков в ЮАР, а всего их там 11) минут 10-15 с более понимающим, чем она, человеком. В конце всех концов она сказала , что даст мне уже отпечатанные ею билеты после того, как сверху спустится некий джентльмен, который отнесет мои документы наверх в офис, где снимет фотокопии. Затем он принесет их вниз и мне отдадут мои билеты. Я воспротивился, прося сделать копии где-нибудь рядом, дабы я не терял своего паспорта из вида. Но увы — ксерокс был только на два аэропортовских этажа выше.

По меткому, хотя и ехидному замечанию одного из соседних клерков, я перестал быть cooperative, то есть не захотел более сотрудничать с людьми, что хотели забрать мой паспорт. Я попросил пойти вместе с документами, чтобы наблюдать за их судьбой. Тогда девушка Пхуми и ее сосед сказали, что могут ссадить меня с самолета, отказав в перелете из соображений безопасности. Я же объяснял, что не против исполнения ритуального танца с ксероксом, и хотел бы полететь на свидание с новым судном, но не хочу в незнакомой стране расставаться с паспортом.

Да что с ним может случиться, спрашивали эти еще недавно милые люди? у нас это — стандартная практика, через нас проходят тысячи паспортов ежедневно.

Вы правы, смиренно отвечал я им, продолжая гнуть свою линию. Но если бы вы оказались с другой стороны стойки, то вполне возможно, что страх остаться без какого-либо удостоверения личности во фри-зоне аэропорта у черта на куличках, за несколько тысяч км и от дома и от других мест, откуда можно было бы ждать помощь, посетил бы и вас.

Короче, закончилось тем, что пройдя через контроль (ноутбуки и обувь в отдельную коробку, рентген, и снова объяснять, что мои пятнадцать килограммов шоколадок — это не взрывчатка, просто я сладкое люблю) я пошел в отель, находившийся рядом, и попросил работавших там девушек сделать фотокопии моих паспортов и гарантийного письма. Получив желаемое, на прохождении контроля в обратном направлении столкнулся с молодым человеком в костюме и карточкой на груди, говорящей о том, что он — менеджер той самой компании, на самолет которой можно попасть через ксерокс. Он меня как-то узнал по запыханности и бумажкам в руке.

И я ему высказал всё о наболевшем. Что негоже у меня забирать мой паспорт, да при этом ещё грозя высадкой с самолета, на который я еще не сел. Менеджери (помните: «А мене – Джерри»?) был молод, и его неудобство от моих оправданных замечаний нечаянно проступило на его щеках. Он извинился и сказал, что это, к сожалению, стандартная практика, и копимашину хотелось бы, но ее нет. Сколько же она стоит, что-то около 50-100 долларов, спросил я? И компания не может это позволить или не считает нужным подумать о клиенте?

В конце концов, ваша девушка не желала напрячь свою талию, и сделать копии здесь в отеле, за углом! – возопил я. То есть, доколе, вашу Пхуми душу?!

Ну, мы не можем их просить, сказал менеджер, это ведь не наша организация.

А улыбнуться вы пробовали, спросил я его? Я вот улыбнулся, и вот вам ваши копии.

В общем, дали мне мои билеты. Когда я в третий раз за полчаса проходил досмотр, один из контролеров заволновался, спросил, когда же у меня вылет, и сказал, что может мне помочь и быстро провести к зоне посадки. Я поблагодарил, и, конечно, отказался.

Лететь, согласно расписанию, 11 часов и 48 минут. Неужто они точно так и прилетят, думал я в полете? Конечно, они наврали. Мы приехали в Гонконг на двадцать минут раньше назначенного срока.

Актер в фильме, который я пытался смотреть в самолете – такой же лысый и красивый, как Федор Бондарчук, только более китайский.

Помню свое потрясение, когда чуть не пропустил самое главное в полете – развоз спиртного на шару. Хуже этого – только проспать развоз обеда. Я попросил двойной виски и колу. Мне предложили двенадцатилетний Чивас Рыгал, но я от смущения выбрал Чёрный Лейбл, что тоже неплохо.

Еда была в очень маленьких дозах. Руководство авиакомпании решило меня похудеть безоговорочно, и им это отчасти удалось.

Драконовские меры – за курение в туалете (как и во всем остальном самолете) штраф 50 000 новозеландских тугриков, то есть гонгкогских долларов, или тюремное заключение на срок не более, чем два года! Конечно, дешевле бросить курить. Я, собственно, давно уже не курю. Просто волнуюсь за других.

Перед посадкой в самолет прошло не меньше трех десятков стюардесс, маленьких и красивых, словно куклы. И куда их столько, рассеянно подумал я...

Кстати, они оказались японками, а не китаянками.

Разница во времени ЮАР и Гонконга – 6 часов плюс, т. к. летели на восток. Перепад – тихий ужас. Когда мне принесли завтрак по-новому, мой организм уже свыкся с мыслью о недоеденном ужине, смирился с неспетой песнью о всех отсутствующих в нём килокалориях. А тут ему завтрак в одиннадцать ночи (по родной Анголе) приносят. Он и удивился. Организм всосал в себя всё, что оказалось на подносе, не оставив возможности хозяевам показать, что гости остались сыты.

Маленький белый самолетик на экране преодолел все 10 650 км, отделявших столицу ЮАР от Гонконга за неполные двенадцать часов, как и было обещано. На экране это было всего лишь сантиметров пятнадцать, и самолетик часто крутил носом, словно вынюхивая правильное направление. Он чуть изгибнул свой полет над Хошимином Сити, и понес меня вперед, к мечте.

За время полета я научился различать два иероглифа, означающие Гонг-Конг. Вот только не вспомнил, как читать – слева направо или справа налево.

Затем, в Гонконге, была короткая пересадка на следующий рейс до Гуанчжоу, и 25 минут на взлетной полосе в ожидании. Но это не опоздание. Рейс из Гонконга в Гуанчжоу длится 55 минут. Из них он официально стоит на взлетке 25. И 30 минут он летит. Смешно.

Встретивший меня в Гуанчжоу агент не поздоровался, ни сказал вообще ни слова. Я подошел к нему и ткнул пальцем в свою фамилию на его бумажке формата А4, тогда он просто повернулся и пошел тире побежал. Он же маленький, и он бежит. Я большой и весь в рюкзаках, сумках – там же у меня рабочие ботинки, два порванных комбеза, электрический чайник, и стратегический запас шоколада. И мне тяжело, я весь в шоколадках. Пробежали по бесконечному аэропорту с полтора километра, и наконец, оказались рядом с его машиной. Hyundai Elantra, надо заметить, а совсем не Грейт Волл.

Неслись по дороге, не очень сильно нарушая правила – вроде того, что ни разу не включив сигнал поворота перед перестроением из ряда в ряд. Езда в четыре ряда в обоих направлениях, дорога, хоть и коммунизм на дворе, а очень хорошая и платная. Удивило обилие разных цветов – красных, синих, желтых – на разделительном участке дороги, шириной метров шесть и длиной в восемь-десять километров. Через каждые пятьсот метров – садовник в форме, поливающий обилие зелени из толстенного шланга. Солнышко, градусов 25 в тени.

Через какие-то 50 км агент подвез меня к отелю, нарушив очередное правило – пересек двойную сплошную. Подвез меня к шикарному отелю, заехал на пандус к дверям. Прямо как в кино, мать его. Дал бумажку, я расписался за свою доставку.

И мне дверь машины открыл снаружи швейцар. Китайский швейцар. Кланяется… А у меня же нет денег, чтобы ему дать – одна бумажка в сто долларов на непредвиденные расходы и кредитный кусок пластика.

Затем этот швейцар, худенький такой, маленький, идет к открывающемуся багажнику. А там – мои две неподъемные сумки. А вдруг он их возьмет и поднесет куда-то? И я умру со стыда, потому что из мелких денег только сто украинских гривен. Выйдя из машины, я сказал, мол, не надо трогать вещи, я и сам могу. Но он и без меня это понял, как только потрогал мой рюкзак, где два пуда живого веса.

Тут произошло самое забавное. Водитель захлопнул мою дверь, вытянув руку за ней из салона, и уехал. А я остался стоять одиноко на великолепном подъездном пандусе 5-тизвездочного отеля Royal Marina Plaza. Кроме неприличных слов, в голове ничего не крутилось.

Прошел на регистрацию. Они, немного погодя, нашли менеджера, отлично говорившего по-английски. Правда, в его обширном словаре не было слова seaman, что значит «моряк», и он в толк не мог взять, почему у меня нет визы поднебесного цвета. И отчего крохотный штамп в моем «посмешище моряка» является достаточным, чтобы я тут жил.

В течении часа он звонил в полицию, чтобы узнать, можно ли мне давать ключи или нет. Номер на меня оказался забронирован минимум на месяц. После недолгие переговоры с полицией закончились, они сделали мудрый финт ушами, сняли копии моих паспортов и гарантийного письма, и впустили меня в мой номер на девятом этаже.

О том, как выглядит новый пароход, что дают на ужин в китайском варианте поддельного японского ресторана, как прыгают креветки на покупателей в местном супермаркете, как правильно выбирать моторикшу, и прочие веселые истории, мы расскажем в новом номере нашего журнала. А пока можете насладиться видом обкома партии, и стоящего рядом отеля, куда причудливая судьба иногда забрасывает ангольских моряков из Украины.