maximblog | Ничему не удивляйся

     Впервые приехав в Луанду в мае 2006, в отеле я встретил моряка. Он был
русским и пьяным в дым, несмотря на то, что было только девять часов утра.
Он спросил меня, в который раз я здесь? Я сказал, что это первый мой
контракт в оффшоре. Услышав <первый>, пьяный поутру моряк впал в дикий
хохот. Когда я пытался остановить его смех, и спросить его, в чем дело, он
лишь заходился новым приступом хохота.

     Когда он пришел-таки в себя, то вытер слезы и сказал:

-- Ты, главное, здесь ничему не удивляйся.

-- Чему это <ничему>? Чему не удивляться?

-- А вот ничему и не удивляйся.

     Он был прав, этот русский капитан Андрей. Слишком большое отличие того, к
чему привыкаешь на больших взрослых судах, от того, с чем приходится
сталкиваться здесь. Пример? Пожалуйста, один из многих.

     На Platt Tide к нам приехал молодой поляк Томек, 22-23 лет. До этого он был
пару раз на больших человеческих судах, в оффшоре не был. Это его рассказ.

      Он прилетел в Луанду и в аэропорту встал в очередь, какой раньше он не
видел, 200-300 человек, в две струи. Отдал свой паспорт пограничному
таможеннику на предмет проверки въездной ангольской визы. Пограничник
нахмурил бровки и позвал кого-то еще. И после непродолжительной перебранки с
другим официальным лицом они объяснили Томеку, что виза у него фуфловая. Как
это? - спросил тот. - А так это, - ответили ему.

      Тут проявилась сложность польских фамилий, которые написаны английским
шрифтом. Он был каким-то Пшмшемысльским. И вот среди этих букв кто-то что-то
напутал и написал одну букву не так, как в паспорте. И что теперь? - бодро
спросил Томек, не осознавая ужаса происходящего. - Да ничего особенного, -
сказал пограничник и кликнул ментов поганых. Поганые отвели маленького
Томека в тюрьму. В ангольскую тюрьму.

       Там он провел два дня. И если вы думаете, что его вызволила оттуда наша
судовая компания или наш судовой агент, вы ошибаетесь. Они не бросились со
всех ног искать его, думая, где же он там прозябает, почему он не прилетел,
почему его нет на судне, нет. Он сам о себе позаботился.

       У Томека был мобильник, и польский роуминг в ангольской тюрьме работал.
Томек позвонил на борт того парохода, на который он ехал, тому самому
польскому второму помощнику, которого он ехал менять. Слава Богу, что судно
находилось возле берега и его товарищ смог принять звонок.

-- Ты где, уже на подходе? - вопрошал его товарищ.

-- Я в тюрьме, у меня неправильная виза, - отвечал ему печальный Томек.

      Товарищ с судна начал звонить в компанию, было поздно, вечер, оттуда звонили
агентам, те пришли на СЛЕДУЮЩИЙ день утром и принесли ему не только еду, но
даже попить. И сказали, что проблема с визой очень, очень большая и что они
постараются его вызволить.

     Через день его вызволили, посадили на самолет и отправили в Иоганесбург, в
отель. А сами начали добывать визу. То есть, его сбагрили в ЮАР, там никакая
виза в аэропортовском отеле была ему не нужна.

      Томек прожил в отеле на третьем этаже аэропорта две недели. Почти каждый
день он звонил агенту в Анголу и в Польшу, спрашивал, где его виза и когда
он начнет работать на красивом оффшорном пароходе. Ему всякий раз говорили,
что проблема очень серьезная, но над ней они работают. После двух недель
ожидания его с правильной визой вернули в Луанду, город контрастов. Он
прошел границу и его повезли на судно. Он был рад. Правда, скоро выяснилось,
что его везут не на Du Moulin Tide, куда его должны были везти, а почему-то
на Platt Tide. Сказали, что через три дня нужный пароход придет и его
пересадят. Но его уже не волновали такие мелочи.

      Томек у нас на Platt Tide прижился, начал работать вторым и больше о себе не
напоминал в компанию, о нем забыли. Так и доработал свой 2-х месячный
контракт, то есть, два дня в тюрьме, две недели в отеле аэропорта
Иоганесбурга и полтора месяца на совершенно другом судне.

      Мой тесть Сан Саныч, боевой офицер, в таких случаях говорит, что он в цирке
не смеется. Чистая правда.

      Ничему не удивляйся. Только следуя этому правилу, можно здесь работать.